Беликов за последнее время стал очень молчалив. Это замечали все, абсолютно все, кто хоть когда то встречался со стражем. Дмитрий сам не понимал, чему послужила резкая смена его настроения. Он и раньше был не многословен. Но сейчас, после возвращения в обычную (ну не совсем, конечно, обычную) жизнь человека, он ощущал невыносимый груз вины за все, что случилось с ним за столь короткое время. Но иногда, просыпаясь в поту от очередного кошмара, где он еще был стригоем, Дмитрий плакал. Рыдал как ребенок, хорошо что его никто не видел. Обычно после таких снов настроение стража портилось окончательно и непробивная стена отрешенности возникала вокруг него подобием ледяной защиты. Но не только из-за ночных кошмаров. Что то двигало им еще. Рьяно убеждая себя в том, что он недостоин Розы, а ее в том, что любви нет и быть не может, Беликов чувствовал, будто отрывает от себя куски с мясом и кровью, которые когда то были его душой. Или чем то еще. Неважно, больно было все равно. Но в тот же момент, Дмитрий понимал, что иначе нельзя. Им никогда не быть вместе, особенно после того, что он сделал в своей "прошлой" жизни. Единственной, с кем Беликов был многословен и почти что счастлив, была Лисса. Рядом с моройкой дампиру становилось легче. И мир становился ярче, и Роза, хоть и на короткое мгновение, больше не впивалась своими шипами в его сердце. Но когда Лиссы не было рядом, все вокруг снова становилось серым и скучным. Беликов пытался пить - не вышло. Во-первых, утром ужасно болела голова, во-вторых, алкоголь наотрез отказывался приносить забвение.
Но в целом все было не так уж плохо, убеждал он себя, прогуливаясь мрачными коридорами академии по утрам, когда морои только ложились в свои теплые и уютные кровати и грезили об очередной вечеринке. Боль понемногу утихнет, он забудет все, что было раньше, и снова станет бесчувственной скалой. Машиной для убийств, тем - кого ставят в пример.
Сегодняшний день не задался с самого утра. Сперва очередной кошмар застал Беликова в расплох посреди "ночи", затем этот королевский бал. Ехать не хотелось, особенно из-за того, что там будет Роза. И скорей всего не одна. Но служба обязывала. Одев форму стража, и мысленно чертыхаясь себе под нос, Беликов вышел из своей комнаты и буквально не столкнулся лбами с Джанин. В последнее время старшая Хезевей исполняла не только свои прямые обязанности, но, по-мнению Дмитрия, еще и обязанности няньки. Чьей, было не сложно догадаться. Вот и сейчас она пришла явно для того, чтобы проследить за нерадивым мальчишкой, чтобы он не упустил самое интересное.
На бал они пришли вместе. Джанин что то говорила, но холодный взгляд Беликова скованно рыскал по толпе мороев, выискивая только одну цель. Дмитрий понимал, что мучает себя, пропуская мимо ушей приятную речь Джанин. Сама же Хезевей, заметив отрешенность своего подопечного, утихла и потянула Дмитрия за собой. Не успев ничего понять, словно растерянный пятилетний мальчуган, Беликов предстал перед Розмари и Адрианом. Они только что целовались. Об этом явно говорили пылающие огнем щеки Хезевей младшей и нахальный взгляд Ивашкова.
- Мама, страж Беликов! - промолвила Роза. На ее лице была безмятежная улыбка, а спиной она прижималась к груди Адриана, явно пытаясь показать что у нее все отлично и не стоит так холодно смотреть в ее сторону. Радуйся Беликов, пляши! Ты же сам так явно хотел, чтобы она отстала от тебя. Почему же сейчас ты так невесел?
- Добрый вечер! Рад видеть вас Джанин, - улыбнулся Адриан и кивнул головой. – Страж Беликов…
Джанин что то начала говорить дочери, но Дмитрий опять ничего не слышал. Он смотрел на нее, на ту единственную, которая помчалась через весь мир, чтобы спасти его. На ту, которую до сих пор любил. И которая теперь принадлежала другому.
- Я очень рад за вас, - совсем нерадостно произнес он, скованно посматривая по сторонам, как буд то пытаясь найти кого-то очень важного.
Сделав пару шагов вперед, Беликов остановился возре Розы плечом к плечу и прошептал еле слышно, чтобы даже моройский слух не смог уловить то, что он сейчас ей скажет. Он скажет что безумно любит ее, попросит простить и вернуться. Что ему без нее ужасно плохо и он страдает. Но увидев ее счастливый и немного удивленный взгляд, Дмитрий понял, что все кончено. Что надежды больше нет. Он сам оттолкнул эту проказницу. И даже несколько раз. Почему же боль снова накатывает с такой силой?
-Будь счастлива, Роза. У нас бы все равно ничего не вышло. - прошептал он и направился в глубь зала.